ilfasidoroff (ilfasidoroff) wrote,
ilfasidoroff
ilfasidoroff

Плюс 8 фактов об Айрис Мердок

Нижеследующий отрывок посвящается inessa_bar, публикующей в своем ЖЖ главы из романа пока неизвестного нам автора, чья главная героиня почему-то неоднократно всплывала в моих мыслях в процессе сегодняшнего конспектирования биографии А.М. ;)



Предыдущие посты по этой теме смотрите по тегу Айрис Мердок

Перемещённые лица. 1946-1947. Часть 6 - Монастырь

282. Айрис ностальгировала по своему коммунистическому прошлому и одновременно тяготела к англо-католицизму. В начале октября 1946 года она впервые посетила женский монастырь Св. Девы Марии (Malling Abbey) в графстве Кент и встретилась с его настоятельницей — Мэри Юан-Смит. Накануне этой поездки А.М. написала Ремону Кено о своем нынешнем периоде "of particular desolation and difficulty" («особого опустошения и трудностей»). Идея о посещении этого монастыря, возможно, пришла к ней в связи с профессором Дональдом МакКинноном (см. факт 128), который в 1940 году был одним из молодых теологов, составляющих буклеты и радио-сценарии о Malling Abbey. Дональд МакКиннон в 1946 году (впрочем, и не только в этот период) занимал в жизни А.М. особое место*.

283. Напомню, что Айрис, несмотря на принадлежность к левосторонним политическим трендам, все же была глубоко и страстно религиозной по своей природе и крови (см. факт 5 и факт 186). Даже в пике своей коммунистической деятельности в 1940-41 г.г. она писала одному из друзей:

“You are worried that I may, in a rush of external activities, forget about my soul… My trouble is that I am obsessed with my soul… I was not made for action, I hate action, I loathe political activity of any sort beyond reading Engels & enjoying the intellectual refinements of Marxism. I have to force myself to be active — my spirit is forever returning to the still centre, & I have to drive it out again into the world of movement & change…

«Тебя беспокоит, что в суете внешних поступков я могу забыть о своей душе… Беда в том, что я помешана на душе… Мое предназначение вовсе не в действии, я терпеть не могу действий, презираю любую политическую активность за пределами чтения Энгельса и наслаждения интеллектуальной изысканностью марксизма. Мне приходится вынуждать себя к действиям — моя душа постоянно возвращается в неподвижную точку, и мне приходится выдворять ее снова в мир движения и перемен…»

После окончания войны Айрис начала серьезно увлекаться экзистенциализмом, представляющим из себя доктрину самоосвобождения; вместе с тем она занялась изучением христианства, видя в его основе само-очищение.

284. Посетителям Malling Abbey предоставляли комнаты в отдельном здании. После богослужения, заканчивающегося в 9 вечера, до 10.30 утра гостям полагалось хранить молчание, а после — присутствовать на утренней и дневной службе, которые велись на латыни (у Айрис не было проблем с пониманием). Специально для гостей на территории монастыря располагалась часовня, построенная в 14 веке, куда они могли прийти помолиться или поговорить, разрешалось также гулять по обширным садовым угодьям. Монахини молились в трансепте, примыкающем к часовне под особым углом, так что посетители не могли видеть их, только слышать. Многое из того, что А.М. увидела в Malling Abbey, затем нашло отражение в ее романе “Колокол”.

285. Общение между гостями и монахинями происходило в помещении, разделенном деревянной решеткой. Сестра Перпетуа вспоминала, как в том помещении А.М. рассказывала ей о своей работе в австрийских лагерях для перемещенных лиц. Монахиню крайне впечатлило искреннее и открытое выражение лица Айрис, ее короткие светлые волосы, простота, сердечность и способность сочувственно относиться к чужим проблемам. Там же, через деревянную решетку, она разговаривала с настоятельницей монастыря и делилась потом положительными впечатлениями о ней с Филиппой Фут, которая, несмотря на свои атеистические взгляды, отправила настоятельнице небольшое пожертвование за помощь Айрис.

286. В канун Нового года А.М. находилась в Оксфорде, в компании сестры Филиппы – Мэрион и ее подруги. Айрис молчала почти целый вечер, Мэрион умоляла: «Пожалуйста, поговори с нами». Но Айрис все это время была сконцентрирована на составлении новогодних резолюций: “It’s very important, to make them, and to keep them, it could alter the whole direction of life.” («Очень важно составить их и сдержать их, это может изменить направление всей жизни».) Такое высказывание о перемене жизненного направления отдаленно напоминало А.М. о беседе с двоюродным братом – монахом Кливером Чепменом. Кливер сказал ей: «Впусти Христа в свою жизнь, и Он освободит тебя от грехов». На что Айрис пренебрежительно заявила: «Невозможно, чтоб это было так просто». Очевидно, она считала, что ради «спасения» необходимо прилагать большие усилия и делать это постоянно.

287. Ночью 20 января 1947 А.М. увидела во сне Иисуса Христа и Деву Марию, сопровождаемых ангелами, напоминающими хищных птиц, все это выглядело настолько явственным, словно происходило на самом деле. Там же она увидела Дональда МакКиннона и своего отца, именно этот сон приснился спустя 30 лет героине романа «Монахини и солдаты».

288. 2 марта 1947 года в Вестминстерском Соборе А.М. слушала проповедь о благотворительности, о Божьем сострадании и о соблазне отчаяния после греха, в которой священник процитировал средневекового английского церковника: “If all the sin in London is like a little spark of flame — the compassion of God is like the Thames.” («Если все вместе взятые грехи Лондона – лишь одна искорка пламени, то сострадание Бога – все равно, что Темза»). После чего А.М. критиковала экзистенциалистов за их «драматичное, солипсистское, романтическое и анти-общественное возвышение индивидуума».

289. В своем дневнике она размышляет о причастии к «драме». Вот запись, сделанная А.М. 5 апреля 1947:

“Urge towards drama is fundamental. I am ‘full of representations of myself’. Need for self-expression, to speak, may seem to conflict… I am using novels to slough off my lesser selves — instead of a means to self-knowledge and greater inwardness. Hence my ‘moral vulgarity’.

The escape from drama? (Need of not drifting away from politics.) In love. In simple relations with people, animals, things. Face to face with great art — which gives feeling of humility & admiration — or great intellectual world. Drama besets me — when alone often, walking along road &tc. This corrupts my inner life — I must attend to that fact. In relations with people I’m not intimate with, & want to impress… What goes on in my head is 4/5 unnecessary or bad. Fantasies, self-pity, self-torture. Need for wholeness, simplicity. To hope, to see new vision of myself… ‘Nothing better’ than a good person.”

«Стремление драматизировать – в основе всего. Я заполнена образами себя. Потребность самовыражаться, говорить – может привести к конфликту. Я использую романы для сбрасывания собственной ничтожности, вместо того, чтобы заниматься самопознанием, постигать свой внутренний мир. Отсюда моя нравственная пошлость.

Спасение от драмы? (И чтобы вместе с тем не отстраняться политики.) В любви. В простых отношениях с людьми, животными, вещами. Лицом к лицу с великим искусством – оно дает чувство смирения и восхищение – или огромный интеллектуальный мир. Драма всегда со мной, даже когда я одна, иду вдоль дороги и т.д. Она развращает мой внутренний мир – я обязана что-то сделать по этому поводу. В отношениях с людьми, с которыми я не близка интимно, мне хочется произвести впечатление ... То, что происходит в моей голове, на 4 / 5 ненужное или плохое. Фантазии, жалость к себе, самоистязание. Нужна цельность, простота. Надеяться увидеть себя по-новому... Нет ничего лучше хорошего человека».

Продолжение следует.




* О МакКинноне будет приведено несколько интересных фактов из этой же главы («Перемещенные лица») в последующих постингах.


Предыдущий пост          Продолжение
Tags: Айрис Мердок
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments