ilfasidoroff (ilfasidoroff) wrote,
ilfasidoroff
ilfasidoroff

Айрис Мердок в мемуарах Канетти (тут про секс)

В предыдущем конспекте биографии Айрис Мердок были представлены, в основном, ее впечатления об интимных отношениях с Канетти, приведены выдержки из ее дневника, датированные началом 1953 года. В качестве «обратной стороны медали» предлагаю вашему вниманию перевод отрывка из мемуаров «Пати во время Блица: английские годы». Запись была сделана Канетти в феврале 1993-го.


Она приходила ко мне несколько раз на протяжении той зимы, всегда говорила о Штайнере, и мы целовались. Я не помню, когда именно это произошло, но произошло очень скоро — на ее лице было всё то же страдальческое выражение. Я должен сказать, что в Англии весьма не принято демонстрировать страдание, большинство хорошо воспитанных людей не проявляют эмоций на лице, по нему не видно, что происходит у человека внутри.

Однако случилось нечто необычайное, едва мы поцеловались. Диван, на котором я спал, оказался поблизости. Быстро, очень быстро Айрис разделась, я даже пальца не приложил к этому: на ней были вещи, не имеющие даже не отдаленной связи с любовью, все какое-то шерстяное и неуклюжее, но в мгновение ока уже валялось на полу кучей, а она сама очутилась под одеялом на диване. Мне было недосуг рассматривать ее одежды или ее самое. Она лежала там, неподвижная и неизменившаяся, я едва ощутил, как вошел в нее, не понял, почувствовала ли она что-нибудь, возможно, я бы почувствовал что-то, если бы она сопротивлялась каким-то образом. Единственное, что я заметил, — глаза у нее потемнели и ее розоватая фламандская кожа порозовела чуть больше.

Едва мы кончили, как она, все еще лежа на спине, вдруг оживилась и начала болтать. Она была охвачена странным видением: будто мы с ней находились в пещере, притом я был пиратом, я похитил ее и утащил в свою пещеру, где бросил ее наземь и изнасиловал. Я ощутил, как ей стало весело от такой довольно банальной истории, она раскраснелась, от нее повеяло жаром. Ей хотелось увидеть во мне бандита, который безжалостно изнасиловал ее, она лишь тогда возбудилась, когда сумела представить себя с восточным корсаром. Я пытался убедить себя, что возможно мой отчет о детстве на Балканах, находящихся в те времена под турецким сюзеренитетом, вызвал ее фантазию о нападении пиратов.

Я не подал виду, насколько был озадачен. Все мои шансы влюбиться в нее заблокировались той фантазией. Все, что я мог представить в своем воображении, это насилие. Возможно, если бы все случилось иначе, я бы смог полюбить ее.

На самом деле, это была удивительно односторонняя история, которую я таки принял вопреки собственному здравому смыслу и наблюдал хладнокровно. Я получал от нее письма, полные страсти, на которые никогда не отвечал. (Время от времени она сама появлялась на пороге, жаждущая любви — немедленно, сейчас же — но всегда оставалась бесстрастной и в конце непременно окуналась в свою глупую фантазию.) Однажды ее страсть приняла форму ужасно длинной поэмы, которую она написала для меня, но там не было ничего, имеющего отношение ко мне, хотя (поверьте, я говорю об этом робея и без какой-то там гордости) это вроде как были стихи о любви ко мне. В ее неизменных фантазиях не было ничего нового, она лишь пыталась сказать мне — а я-то не мог понять того долгое время — что она хотела представить пиратом себя. У нее был — затаившийся в глубине души — характер грабителя, и она ставила целью обворовать каждого из своих любовников — но не сердце выкрасть у них, а интеллект.

А еще у нее было странное отношение ко времени. Она делила его, как в учительском расписании. Когда она звонила, то, например, сообщала, что придет в 3.15 и уйдет в 4.15. Иногда она задерживалась чуть дольше, но всегда с ограничениями, всегда устанавливая заранее, сколько свободного времени она выделяла себе, хоть оно и предназначалось для того, что она называла «любовью», все равно никогда не позволяла себе потратить больше времени, чем выделяла. Я над этим подшучивал, и если в других случаях она внимала каждому моему слогу, то в отношении любви как пункта ее расписания она никогда не понимала моих насмешек. И так продолжалось — с длинными перерывами — в течение пары лет. Как-то она пригласила меня в Оксфорд и встретила на вокзале. На ней были нелепые сандалии, в которых красовались ее большие плоские ступни в жутко невыгодном свете. Я не смог проигнорировать уродливость ее ступней. Походка у нее была косолапая, как у омерзительного медведя — кривая и вместе с тем — устремленная. У нее была изящная и хорошо сложенная верхняя часть тела, а ее лицо временами, в том числе в моменты физической близости, было таким же красивым, как у Мадонны Мемлинга. Она шла рядом со мной от вокзала в город, толкая велосипед одной рукой, остановилась возле обшарпанного магазинчика, отовариться жалкими припасами: обрезками сыра, хлебом, не взяла даже оливок на ланч — она выложила всё это передо мной в своей маленькой квартирке. Менее гостеприимную, но более унылую, пуританскую и безвкусную трапезу и представить себе невозможно. То, что предполагалось принимать за скудность средств молодого ученого, было на самом деле скупостью и мещанством; обольстительность женщины, приглашающей разделить свою трапезу, была ей совсем недоступна.

Затем она дала понять, что диван расположен совсем рядом, и тут же улеглась, не откладывая дел в долгий ящик. В то время как недостаток ее гостеприимности мог охладить меня, ее любовь такого со мной не делала никогда, по той простой причине, что это была не любовь, а какой-то безразличный акт, в который она вкладывала умопомрачительный смысл. Мне было интересно — видела ли она пирата во мне, когда дело происходило в Оксфорде? ©


Elias Canetti, Party im Blitz: Die englischen Jahre, Carl Hanser Verlag, Munich, 2003). Перевод Ильфы Сидорофф ( (c) Ilfa Sidoroff, 2012). Копирование вышеизложенного текста и других материалов из этого блога с указанием соответствующей ссылки – приветствуется.
Tags: Айрис Мердок, Канетти
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 92 comments