ilfasidoroff (ilfasidoroff) wrote,
ilfasidoroff
ilfasidoroff

  • Mood:

Плюс 14 фактов об Айрис Мердок

Предыдущие посты по этой теме смотрите по тегу Айрис Мердок

Элиас Канетти. 1952-1956. Часть 10 — Разговоры с Тираном 

582. После знакомства с Канетти А.М. испытывала его влияние на протяжении всей своей жизни. Оно сказалось не только на ее творчестве. Его радикальный атеизм, например, побудил Айрис в 1953 году покинуть англо-католический клуб «Метафизиков» (см. факт 396). В январе она писала: 

Я уже заметила его влияние — в отношении «власти» хотя бы. (Должна ли добродетель обладать властью? Я обсуждала это с двумя студентами-политологами!) Мне придется пересмотреть свое отношение к религии. (Может, я чрезвычайно «податлива влияниям»? Франц сильно влиял на меня. Сейчас совершенно иначе влияет К.) (с)

583. Айрис рассказывала Канетти о своих друзьях Момильяно (см. факт 427) и Азе Бриггсе (см. факт 382), которые, бывало, помогали ей в трудных ситуациях душевными разговорами возле камина в Вустер Колледже. Она делилась с Канетти своим вечным стремлением обрастать «семейством» близких по духу людей, внимание и преданность которым подрывала ее верность Францу. Именно от таких мучительных угрызений совести Канетти помог ей освободиться.

584. Возможно, Айрис начал страшить ее собственный «темный двойник», отражение которого она видела в Канетти. Она передала его талант собирать вокруг себя разнообразных «существ» Мише Фоксу в «Бегстве от волшебника» и Джулиусу Кингу в «Честном проигрыше»1. Похожий талант самой Айрис отразился в характере Морган Браун (главной героини того же романа), вернее, в ее беспомощной и эмоциональной алчности, а также в центральной фигуре «Единорога»2 — Ханне Крин-Смит, чья эксцентричность граничила с вампиризмом.

585. А.М. и Канетти были скрытными, личная жизнь каждого была полна невообразимых сложностей. Они уделяли особое место каждому из своих друзей и любовников, одновременно соблюдая дистанцию и по возможности не допуская их знакомств друг с другом. Запись в дневнике А.М. от 6 октября 1953 года равнозначно могла относиться и к Канетти, и к ней самой:

Чтобы [другие] были рядом и в то же время — на расстоянии. Как в солнечной системе. Пока их вращение на установленном расстоянии не приостановится силой притяжения. Пока они не найдут собственную орбиту (с).

586. Оба — Канетти и А.М. отличались душевной теплотой и легкой ранимостью.

587. Оба притягивали окружающих с невообразимой силой.

588. Оба часто врали другим. 23 мая 1953 года А.М. отметила:

Надо же, с какой небрежностью кто-то может годами сохранять видимость отношений с определенным человеком и обманывать этим других. Я это делаю, то есть надеюсь, что делаю!(с)

Ровно через неделю Айрис писала с негодованием, что Канетти «не имел права обманывать меня ради моего душевного спокойствия. Это глубокое оскорбление». Спустя еще несколько месяцев она сокрушалась: «Я врала тем, кого люблю очень сильно, и не один раз, а постоянно».

589. Оба любили животных.

590. Оба легко очаровывали других, вызывая у людей тягу к интимности, но притом сохраняя свою неприкосновенность и отчужденность. Для их недоброжелателей Канетти и Мердок были «вредителями», которые «сжирали людей». А.М. писала об Анне Квентин (героине романа «Под сетью»): «Всякому, кто даст себе труд к ней привязаться, она сейчас же начинает уделять преданное, великодушное, сочувственное и начисто лишенное кокетства внимание, которое, однако, есть не что иное, как маневр с целью избежать капитуляции». Анна представляла одну из сторон самой Айрис. Например, в отношении Арнальдо Момильяно, целиком отдавшему себя в ее власть, она писала: «… ужасающе… Обладать такой властью безнравственно». Трудно сказать, чем принципиально отличались ее любовные интриги от тех, что затевал «поработитель» Канетти.

591. Один из друзей А.М. Патрик Гардинер предполагал, что какие-то события в ее прошлом привели ее к злодеяниям. Возможно, это началось с ее измены Майклу Футу с Томми Балогом (см. À la Guerre, comme à la Guerre), затем последовали события 1952-56 годов, когда А.М. неоднократно выставляла себя на стороне зла. Канетти представлял собой художника-как-манипулятора-и-садомазохиста, заключившего фаустовскую сделку, мистификатора-чародея, в которого она боялась превратиться сама, но которым, возможно, и стала. Ее утверждение о структуре качественных литературных работ, основанной на «эротических таинствах и глубоких, темных битвах между добром и злом», связано именно с этим периодом.

592. Кэтлин Райн (см. факт 528) однажды точно подметила, что богоборчество Канетти происходило в русле антиномии, иллюстрацией которой является диалог Бога и дьявола в «Книге Иова». В качестве продолжения этого идеологического антагонизма можно рассматривать имевший место в реальной жизни конфликт Айрис и Канетти. Айрис постоянно жила под его впечатлением и, по-видимому, это заставляло ее вводить в большинство романов наделенных дьявольскими чертами Канетти антагонистов главным героям. В середине 50-х она написала цикл стихов «Разговоры с Принцем», которому на каком-то этапе присваивала название «Разговоры с Тираном». И в ее романах зло всегда рядом с добром, и между ними нет четкого противопоставления.

593. В 1964 А.М. находилась в студии художницы фон Мотесицки (см. факт 522), которая рисовала ее портрет, заказанный колледжем St. Anne’s. Внезапно через боковую дверь вошел Канетти, и напугал обеих (как А.М. отметила потом, «намеренно, конечно» ). Он заставил фон Мотесицки показать А.М. ее портрет. Айрис описала его потом как «замечательный, страшный, такой грустный и пугающий: я и демоны. Откуда она знала? » Канетти оказал большую услугу А.М., показав ей не только ее лицо, но в нем также и отражение в разлагающейся связи между жалостью и властью.

Этот портрет сейчас висит в банкетном зале St. Anne’s. Фон Мотесицки писала Канетти, что у А.М. «очень хорошее лицо для тех, кто понимает, что она мужчина, а не женщина».

594. В 1955 году А.М. читала лекцию в Веджвудском Мемориальном Колледже. Двое из присутствующих слушали, небрежно откинувшись на спинки стульев. Однако обоих настолько поразила фраза А.М.: «Я не убеждена, что влюбленным необходимо знать все о своих возлюбленных», что они потеряли равновесие, стулья опрокинулись и сидящие на них оказались на полу.

595. Спасение от «поработителя» Канетти пришло к А.М. из неожиданного источника. 5 февраля 1954-го ее привлек смех очередного поклонника, обитателя Колледжа Св. Антония. Имя того человека было Джон Бэйли. В Канетти он видел «Плутона, повелителя преисподней, с улыбкой крокодила, намеренного утащить Айрис в Ад». В марте А.М. написала стихотворение, в котором Канетти находился «всегда и везде: может, в самолете или в чьем-то Бентли или стоял, как Сократ на Лондонской улице». В противовес ему Бэйли всегда был доступен и находился рядом.



1 Заголовок оригинала — “A Fairly Honourable Defeat”. Есть также русский перевод этого романа под заголовком «Вполне достойное поражение». Я не знаю, какой перевод лучший.

2 “The Unicorn” я пока не прочла. А вот Альбина— моя землячка по Альбиону (каламбур не преднамеренный) решила именно с этого романа начать знакомство с творчеством Мердок. К сожалению, роман Альбину разочаровал. И пока я сама не добралась до него, все же хочу узнать мнение посетителей этого ЖЖ, среди которых есть и любители Мердок : как вам «Единорог»? Если все же понравился, чем именно?




Предыдущий пост об Айрис Мердок          Продолжение

Факты заимствованы из биографии Айрис Мердок, написанной английским автором Питером Конради (Peter J. Conradi, Iris – A Life, HarperCollinsPublishers, Great Britain, 2001). Обработка Ильфы Сидорофф ( (c) Ilfa Sidoroff, 2011-2012). Копирование вышеизложенного текста и других материалов из этого блога с указанием соответствующей ссылки – приветствуется.
Tags: Айрис Мердок, Канетти
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments