ilfasidoroff (ilfasidoroff) wrote,
ilfasidoroff
ilfasidoroff

Categories:

И снова о еде

Дневник - 9 мая, суббота

И не только о еде. Вернее, не о еде вовсе — заголовок и пара фотографий того, что мы с Гейбом ели сегодня на завтрак и на обед, чисто так, для отвода глаз. Мне очень трудно говорить об истинном сабже нынешней записи, потому глаза-то и отвожу. Свои, в первую очередь. От стыда.

Вчерашнее празднование дня победы, прекрасная весенне-летняя погода, street parties, первое за все время карантина общение с Дашей — оффлайн, хоть и за два метра, и (в какой-то мере) ее искреннее убеждение в том, что нет никакого коронавируса (явление, встречающееся довольно часто не только среди граждан РФ, но и среди ее БЫВШИХ граждан и прочих выходцев СССР, и пока не засвидетельствованное лично мною ни у кого среди коренных британцев) — всё это заманило меня в совершенно ложное ощущение безопасности. Сама-то я (хоть и вышла из СССР) как раз верю в опасность ковида как болезни (а не мирового заговора против глобального прироста населения, с последующим чипированием масс и т.п.), в отличие от Даши. Зато я не верю, например, в домовых или в привидений, а Даша, наоборот, свято верит. Эти идеологические разногласия не мешают нам дружить, относиться друг к другу с симпатией и скучать по совместным посиделкам в оффлайне под риоху, танат или примитиво, и скажем, огромное блюдо куриных крылышек из-под гриля. В общем, мы вчера до того засиделись у нашего крыльца на расстоянии двух метров друг от друга, что мне пришло вдруг в нетрезвую голову, что нет никакого греха и тем более — риска в том, чтобы устраивать пикники на нашей лужайке в расширенной компании. Ну что произойдет-то, мол, если каждый придет со своим пледом, со своей корзинкой для пикника, и сядем мы на дистанции, согласно правилам карантина?

Даша мысль мою горячо одобрила — она вообще деваха рисковая, если даже садится за руль после бутылки просекко. В тот же вечер Даша созвонилась со своей подругой Олей.

Ровно в четыре дня семья Оли в составе троих (Оля, Вадик их шестилетняя дочь Анна-Лили) звякнула в колокольчик над моей дверью и благоразумно шагнула от крыльца на два метра. Сперва я обрадовалась: посиди-ка столько в локдауне без людей (Гейб и кошки не в счет, с соседями лишь small talk на дистанции, да хлопанья в честь NHS по четвергам), к тому же Олю и Вадика не видела я, кажется, еще с позапрошлого рождества христова, когда все хохлы собрались у нас дома и очень красиво пели колядки, Анну-Лили видела я только раз, когда ей и двух лет еще не было. Я им махнула в сторону большой зеленой лужайки перед крыльцом: выбирайте любое место, мол, там, она нынче вся наша, вынесла два складных стула, а для себя — бокал и бутылочку сидра. Однако, когда минутами позже прибыла Даша со своим старшеньким — 15-летним Эмилем, мне стало вдруг не по себе: хоть и сели мы даже с неверующими в вирус украинцами на установленной двухметровой дистанции, все же пикники и загорания в общественных местах — пока что относятся к тем мероприятиям, которые в локдауне запрещены. “Да ладно тебе напрягаться! — сказала Даша. — Выйди на улицу на посмотри, как там все нынче тусуются, мы тут не одни”.

Но на лужайке мы были одни все же, затеявшие пикник. Правда, сосед Дэвид и его семья вышли потом метать стрелы из арбалетов, да иногда мимо нас проходили люди вдвоем или по одному, выгуливающие собак. Практически все они улыбались доброжелательно и говорили хеллоу. Собаки тоже не стеснялись, какие-то даже дистанцию нарушали, но мы ни одну руками не трогали, честно.

В общем-то мы замечательно провели часа два с половиной. Погода — супер, компания тоже, Анна-Лили привезла с собой бадминтон и фрисби, иногда заманивала в игру Эмиля. Тот пытался отнекиваться, ему “эта сучка уже и так надоела”. Под “сучкой” он подразумевал Анну-Лили, хотя, скорее, всего, перепутал со словом “девочка” (Эмиль только думает, что он говорит по-русски или по-украински, в действительности, он даже понимает не каждое слово). Затем к нам подошла девушка-полицейский. Та самая махонькая негритянка, которой Гейб в лесу испугался пару недель назад. Девушка-полицейский была исключительно вежливой, уточнила, являемся ли мы членами одного семейства и проживаем ли мы в одном из домов по нашей улице. Наше (довольно странное “семейство”, ага) дружно закивало: йес, йес, оф корс! “И все-таки, — полицейская нам сказала, — пикник завершить вам придется, сорри. Let’s lead by example, как ответственные граждане, и подождем, что скажет завтра Борис Джонсон. Мы все ждем ослабления локдауна, все хотим пикников-то”.

Мы разошлись. Друзья-украинцы не оставили после себя ни соринки. Я сложила два своих стула, прихватила пустой бокал и пустую бутылку из-под моего сидра. Но мне стало еще больше не по себе. Конечно, я стулья тут же протерла антисептиком, а также пустую бутылку, прежде чем положить ее в отсортированный мусор, тщательно вымыла бокал и руки. Какие шансы подхватить вирус? И все же он есть, я это знаю, иначе бы не было всей этой социальной дистанции, иначе бы не подошла к нам девушка-полицейский. Хорошо, что она прикинулась дурочкой, назвала нас “семейством”, штраф не выписала. Но в какой-то мере мне было бы легче, если бы нас (или хотя бы меня как зачинщицу шабаша) все же оштрафовали. Если после этого заболею я — еще полбеды, если заболеет Гейб, сознательно не участвующий в этом мероприятии, или наши соседи, это будет моей катастрофой.













Tags: coronavirus, food and drink, friends-relatives-countrymen, photos
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments