Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

больше петуха

Победила молодость

Дневник - 25 июля, суббота

Молодость — это Гейб. Потому что Мэри, Пикассо и прочие — это, куда ни крути, а все же старость. Не могу сказать, чтоб я горела особым желанием поехать на эту выставку в Royal Academy в воскресенье, не потому что Пикассо не слишком люблю (нет-нет, как раз Пикассо люблю, даже очень), или, допустим, из-за того, что не особо хотела встречаться с Мэри (и тут всё наоборот: если есть люди, которых хочу видеть вживую, то Мэри, как раз, в их числе), и не потому даже, что раздирали меня всяческие противоречия (о которых частично отметила в комментариях ко вчерашнему посту), а потому что я сама по себе — человек инертный. Но если до пандемии с этой инертностью не всегда было легко, то сейчас у меня есть надежный экскьюз: любой риск, связанный с ковидом, “вынуждающий” дома сидеть. И потому испытала я облегчение какого-то рода, когда Гейб сообщил, что в носу у него “окидало” и вообще вчера текли сопли, он их не мог остановить. Никаких соплей (даже шмыгания из соседней комнаты, где он сидит день-деньской за своим компом) я не слыхала (хотя за последние четыре месяца только и делаю, что ловлю разные звуки, которые могут насторожить), но про то, что в носу у него что-то вскочило, поверила без проблем: после стольких порций мороженого, что мы нынешним летом сожрали, еще и не так “окидает”. На меня и то напал кашель в тот день, когда мы в понедельник ездили в Ханслоу к индюку Бобу. Да и вообще неудивительно было бы подхватить — если не ковид, то другой вирус какой-нибудь за буйный период из пяти дней празднования моего ДР.

“Окидалу” большого значения я не придала, но ответственность за здоровье общественности и группы риска, в лице Мэри представленную, все же несу. Пришлось позвонить, отменить нашу встречу. Мэри на это ответила благодарностью, что лишь усилило мое облегчение: теперь даже никакого чувства вины перед нею, и воскресенье не предстоит кроить согласно посещению выставки, расписанию поездов в Лондон и прочему — можно предаваться обычной воскресной лени.
Collapse )
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
больше петуха

И наконец — день пятый

20 июля, понедельник

Отмечания любых праздников очень важно вовремя прекратить, иначе они перешибут любую рутину так, что мало не покажется. Но остается таки рассказать, как я отмечала свой ДР на пятый день. У всех с понедельника будни (ну, ладно, не у всех, кто-то в Ницце на пляже, у кого-то вообще каникулы, не важно где), а у меня выходной в честь личного праздника. С обусловленным риском здоровью я надумала посетить — та-да-ааа! Collapse )
COVID-19

Вот что печалит...

Отношение российских друзей (не всех, лишь отдельно взятых) к моим проявлениям беспокойства. Когда на пике смертей в ЮК я получала ссылки на статьи о конспиративных теориях, вместо вопросов о том, здоровы ли мы сами-то, в надежде что все же ковидом не заболели, но ведь болезни на этом фоне могли развиться иные, - я просто не отвечала. Ну что я могла ответить на ссылки? Разве что другими ссылками. Теперь, когда я на пике зараженности коронавирусом в РФ отправляю вопросы с искренним беспокойством, здоровы ль они сами, а также ближайшие люди в их окружении, мне приходят ответы типа: "Здоровы". И все. Или все почти: в лучшем случае фото цветочков, в худшем - одна точка (знак препинания). Здоровы мы, мол, отъебись. Ни смайлика, ни картинки, ни встречно-вежливого вопроса: "А вы?"

Впрочем, может, кто-то обиделся на меня за что-то. Думают, я сама догадаюсь, за что только.
больше петуха

Дневник - 12 мая, вторник

Смотрели вчера 4-й эпизод 3-го сезона Killing Eve, там Вилланель приезжает на свою родину типо — в русскую деревню Гризмет. Если кто-то в первом сезоне не воспринял “Москву”, “российскую женскую тюрьму” и другие локальности как комедию-спуф, представленную в чисто английском духе, то Гризмет в третьем сезоне, ни у кого никаких сомнений не вызовет, хотя тонкого английского юмора явно не хватает, зато над толстым мы с Гейбом ржали до слез. Скурвился сериал, конечно, но Джоди Комер все равно доставляет удовольствия массу.



Утром родственники прислали ссылку с клипом о том, как татарская полиция арестовывает в автобусе пацана, Collapse )
COVID-19

Дневник - 3 апреля, пятница

Сегодня даже не хочется оставлять дневниковых записей, но словно обязательство кому-то дала.

Самочувствие было лучше вчерашнего весь день. Встала в 6.30, покормила котей, сделала легкую уборку нижних комнат, сходила в душ, помыла голову. Позавтракали яичницей и тостами с апельсиновым джемом. Прессинг на работе отступил (пожалуй, мне лучше, когда он есть) — португальские клиенты тянут резину, процесс не идет. Общалась с родственниками в Вотсапе, мне вдруг понадобилось их вдохновить, сказать, что к каждому прилечу, как только этот кошмар закончится.

Готовила соус болоньезе и пасту-лингвини на ланч, грибной суп тоже доели. Я стала опять есть сладкое для глюкозы (тирамису, шоколад) — может, не стоило все же есть тирамису. Статистика жертв в ЮК на сегодняшний день меня придавила. Огорчило поведение котей — они будто тоже чуют неладное: присмирели, почти не играют, много спят, в туалет не ходили с утра, как обычно. Джинджа сходила ближе к вечеру, Буся до сих пор нет. Едят нормально, но почесываются, может, глисты у них.

Вышли с Гейбом на прогулку в шесть вечера, на полдороге я ощутила усталость - ну просто вселенскую, хоть прямо газон бы лечь и уснуть. Вернулись домой, попила чаю с малиной, попробовала смотреть телевизор — там сейчас ничего интересного нет.

Говорят, итальянцы перестали петь с балконов. Знаю-знаю про короля Соломона, про “и это пройдет”, просто день такой, либо я заболела все же.
больше петуха

Дневник - 29 марта, воскресенье

Пандемия пандемией, а часы таки перевели на час вперед. По зимнему времени я проспала бы до девяти утра всего лишь, а по летнему — мне даже стыдно. Весь мир с чумой борется, я а дрыхну (подъем в пять утра для кормления скота котов — не считается, я снова заснула потом). Второй раз проснулась с больной головой и с горлом. И с Бусей, возлежавшим на моей груди — лечить пришел, он у нас знахарь.



Collapse )
COVID-19

Дневник - 16 марта, понедельник

События, значит, таким образом разворачивались: в пятницу я просто в самоволку не поехала на работу, никто разрешения на отдаленку еще не давал, хоть статистика уже поползла по экспоненционке, как и следовало ожидать. Все равно, Борис Джонсон пока не отправил страну в локдаун, и следовательно, для поддержания общественного духа и спокойствия, я должна была ехать в Лондон; ощущала смущение и конфуз от того, что сидела дома. Для отмазки вписала причину для своей отдаленки как “самоизоляция вследствие легких простудных симптомов”. Которые себя ждать не заставили: организм подтвердил их небольшим воспалением горла (чтоб мне, значит, стыдно не было за себя). Испугалась я, но не сильно: с полным осознанием психосоматической реакции. Прополоскала горло раствором антисептика TCP несколько раз – к вечеру инфекции как не бывало.

Никаких симптомов в субботу, помимо недосыпания (вся эта ситуация с коронавирусом бодрит сильнее первой любви) и нежелания мыть полы. Но ведь надо: суббота – день санитарный, а вдруг COVID-19, и правда, подхватит, что ж мы будем тут в антисанитарии болеть?

В воскресенье возник сухой кашель. Не такой, чтобы с ног валил, да и вовсе не страшный – так мелочи жизни, можно было внимания не обращать. Спала с грелкой. На утро его почти не осталось, но на работу поехала я все же в марлевой маске. Вошла в ней на кухню, чтобы себе кофе сварить там, сказала СЕО Полу: “Бу!” Тот сказал: “А-ха-ха”. Не поможет ведь, говорит. Я в ответ ему: “Мне – нет, конечно, но хоть вас защищу от своих микробов”.
Collapse )
больше петуха

Дневник - 15 марта, воскресенье

Много рефлексировала целый день на тему коронавируса. Чувства разные: во-первых, обида, досада — в основном, на родных-близких: едва не “забанил” из них кое-кто меня вчера за “обращение к россиянам”. Приняли они его как личное оскорбление, мол, и без меня хватает им там “паникеров” всяких, и вообще — не мое дело им советовать, как вести себя в их стране, которую я давно не считаю своею.

Переписывалась на ту же тему - со Светой в Вотсапе и с однокурсницей Леной в гугл-хэнгаутс. Хотела было обработать художественно эту переписку для нынешней записи в дневнике, а потому решила оставить дословной.
Collapse )
больше петуха

Первые ласточки

Дневник - 5 марта, четверг

Первая ласточка падающей экономики, подточенной коронавирусом: коллапсировала авиакомпания Flybe - пассажиров не стало, боятся лететь в очаги заражения. Трусят британцы, не то что россияне: из северной Италии незараженным поди уж не возвращается никто, а им на лыжах кататься туда — как мочу сдать на анализ.

И в ЮК у нас вирус крепчает: еще вчера к концу дня насчитывалось лишь 85 случаев, сегодня уже 116. И хоть я до сих пор лично не знаю ни одного зараженного, в масках в метро видела лишь двоих (одна из них китаянка), но масок в продаже не стало. В обед ходила я в Бутс купить флакон ахинеи: раз такое дело, надо бы укреплять иммунитет. Ну заодно маску решила купить себе, а то мало ли. Еще гель для рук. И мокрых салфеток. И что я увидела в Бутс из всего этого? НИЧЕГО.

Впрочем, вру: мне повезло с ахинеей: не популярный продукт в условиях вируса, значит. Всего остального нет. И разозлилась я на Бориса Джонсона: он сказал, сукин сын, что страна готова к борьбе с эпидемией. Как же ЭТО готовностью назовешь?!
Collapse )
больше петуха

Поезда, пассажиры, п**дёж

С поездами фигня целый день – и в метро и с электричками Chiltern-нашими-Railways. К моему утреннему 7.31-му (я им нынче езжу, вместо чуточку более позднего 7.36-го) прицепили лишь два вагона вместо обычных трех. Результат: толпа пассажиров стоячих, кто-то пёрнул на весь вагон так, что даже сидячим всем стало невмоготу. А на обратном пути в недоукомплектованном 17.50-м еще интереснее случай произошел.

Он был мало того, что недоукомплектован, так еще и конструкции не той: стоять можно было лишь в тамбуре, да на тех клочках прохода между сиденьями, где стоячим можно держаться за поручни на спинках кресел, дабы не упасть, если вдруг кто-то пёрнет тряхнет. А ехать именно этим поездом надо тесной толпе пассажиров: сесть на следующий – значит, прибыть в пункт назначения позже минут на десять (если кому до Хай Викама только, где большинство и выходит), а то и на полчаса (тем, кому ехать до Оксфорда, или чуть ближе, как мне, например). Но кому-то стоять двадцать пять минут до Хай Викама не западло: прут и прут пассажиры в и без того забитый вагон. В тамбуре кто-то потребовал громко, чтобы стоячие в проходе продвигались вперед: то есть, туда, где стоять неудобно. Какая-то женщина возмутилась: да с какой, говорит, стати, я должна двигаться-то, если мне тут стоять хорошо? И на том она не успокоилась, прицепилась, как банный лист, к тому пассажиру, который просил ее пропихнуться вперед: “А? Зачем? Зачем, я вас спрашиваю? Вы не видите что ли, что поезд битком, уже места нет и стоячим? Тут хоть я могу к поручню прислониться, а там мне цепляться за что? Я и так инвалид, между прочим!” Голос громкий и четкий, но с легким акцентом каким-то (впрочем и так уже явно, что не англичанка): ее слышно на весь вагон, и (сидя спиной к тамбуру) я обернулась: раз уж там стоит женщина-инвалид, кто-то ей уступить место должен, даже если она и сама-то ведет себя неприлично. В проходе чересчур много людей, чтобы разглядеть, кому голос принадлежит. В двух рядах кресел, ближе к тамбуру расположенных и предназначенных для инвалидов как раз, расселись одни мужики (они и сноровистее, и расторопнее нас, грешных баб, когда дело касается мест, которые надо занять как можно быстрее) — ни один из них не шевельнулся, все инвалиды должно быть.
Collapse )